• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: головой по клавиатуре (список заголовков)
20:36 

Была бы большая река
Самая отвратительная вещь - иметь отличное, образное, собака, воображение, и никакого таланта к рисованию.
Ворона всегда знает, до последней черточки, как, кого, в какой позе и с каким фоном, в каком стиле, в движении или статичности, в цвете или нет. Но нарисовать не может - не то что так, вообще никак не может - и это её мучает.
Благо бы это ещё был какой-нибудь популярный фэндом! Ворона тогда взялась и пошла бы по артерам - здравствуй, мил-человек, не хочешь ли натурального обмену? Я тебе фичок, ты мне набросок, сроки минимальные, скрины, описания - все дела...
Но мне хочется персонажей, о которых слышали-то два человека и то от меня!
Тьфу, пропасть.
Хватит страдать фигней, надо идти и что-нибудь писать.

Из вороньих пятиминуток рефлексии.

@темы: Головой по клавиатуре, Про нас

20:31 

Была бы большая река
- Выкрасил дверь гуашью.
Соседи начали знакомится на лестнице.
Напротив - Валентина Николаевна. Справа - Дима.
Слева через две двери - семья, с маленьким мальчиком, которого зовут Артем.
Ворона в шоке =_=

- Приход после "Мага в законе" - цыганские песни. Цыганские лица. Странно скроенные предложения - как к ним ещё никто не прикопался? Плевать всем, что ли? - хоровод осенних листьев в голове. Слишком много, сразу, впору захлебываться.
И это я ещё не дочитала...

- Куриный бульон. Яблоки. Мармелад.
С балкона каждое утро лукаво щерится солнце.
В этом - воронье лето. А ещё - в запахе костра.

@темы: Головой по клавиатуре, Повседневное

05:49 

Была бы большая река
Думала - быстро накропаю миди на ФБ. Чего там, четыре тысячи слов.
Фигня какая.
Результат - идет четвертая тысяча слов на вторую ночь. А это я ещё даже до середины не дошла...
UPD: Шестая тысяча. Середина. А начиная, я ещё боялась, что до четырех не дотяну =_=

Особенности вороньего писательского метаболизма. Ей нужны положительные комментарии в процессе. Если же их недостаточно, Ворона просто сообщает о прогрессе даже не заинтересованным в нем людям.
Представьте, какой творился ад во время "Первого из многих" у меня дома...

UPD 2: Воронья беда - не умею отрешаться от фанона. В моей голове есть история, я рассказываю её десятком фиков, но очень трудно - чудовищно трудно - писать что-то в полном отрыве от неё.

UPD 3: Приблизительно восемь тысяч. Минимум покрыт вдвое. Вычитывать, править, и снова в путь.
Идей полна голова, о да.
Проснусь, перечитаю, ужаснусь, убегу в закат Х)
запись создана: 12.07.2012 в 03:48

@темы: Головой по клавиатуре

20:20 

Была бы большая река
Читаю "Красного дракона".
Лихорадочно думаю, кого бы попросить написать мне хэппи энд.
У самой ФБ, ещё одно макси - тем более такое специфическое - я просто не потяну.

@темы: Головой по клавиатуре

16:46 

Была бы большая река
Вороний хэдканон. Вместо того, чтобы писать ангст или трэш.

Она никогда не говорила про него "мой", как говорят женщины по всей галактике о своих мужчинах. Никогда, засыпая рядом, не цеплялась за него, словно боясь потерять. Никогда не говорила смешного, пошлого "Я хочу тебя" и никогда не признавалась в любви.
Так смешно - о любви они почти не говорили.
Всё было одновременно проще и сложнее.
Зная, что он любит обжигающе горячий кофе, она всегда выбирала чашку с термостойким покрытием, способным дольше хранить тепло.
Зная, что она любит тропических рыбок, но вечно забывает кормить их, он сам подсыпал в аквариум корм.
Зная, что ему больно вспоминать о прошлом, она интуитивно избегала некоторых тем.
Зная, что она любит земных классиков девятнадцатого века, он запоминал для неё разом целые поэмы.
Она никогда не ревновала его, доверяясь целиком и полностью. Со спокойным равнодушием смотрела на Миранду, никогда не следила, как он смотрит на азари, зная, что их не стоит опасаться.
Не тело разбудило его.
Голос и поступки.
И у неё могла быть и была единственная соперница, которой стоило бояться, и перед которой она была бессильна.
И имя этой сопернице было "Смерть".
Люди представляли её скелетом в черной рясе. Дреллы говорили о ней, как о всеопаляющем пламени...
Мечтая о победе и о пустыне, она неизменно чувствовала холодок у затылка - Смерть была тут же, рядом, с любопытством заглядывала в туристические проспекты. Смерти были безразличны планы живых.
Но у них ещё было время.
Она никогда не говорила о нем "мой", не стремилась привязать его к себе, лишая воли. "Моё - то, что не может встать и уйти от меня по своему желанию"... Она никогда не признавалась в любви.
И в тот единственный раз, когда до этого всё-таки дошло, она не стала складывать примитивного "Я люблю тебя".
Она сказала иначе - "Я твоя".
И только пожала плечами на его вечное, неизбывное - "Ты же знаешь, что я умираю?".
Ей было плевать, абсолютно и честно. Она знала, что будет больно, и плохо, и, наверное, захочется повеситься, но это ничего не меняло. Любую боль можно пережить. И отрицать что-то только потому, что потом будет больно - глупо и трусливо.
Это знание оставалось с ней всегда - "Живи сегодняшним днем, не оглядывайся на завтрашние смерти и предательства. Рано или поздно всё будет хорошо".
И он, конечно, не смог оттолкнуть её от себя, потому что когда предлагает себя женщина сильная, способная на жертву, на подвиг, на победу - это одновременно страшно и прекрасно.
И отказаться очень сложно.
Особенно если сам всем сердцем хочешь принять...
Зная, что она вечно засиживается за работой чуть ли не до утра, он сам уводил её спать.
Зная, что он с трудом выносит влагу, она никогда не звала его на дождливые планеты...
Она никогда не говорила о нем "Мой".
Она всегда говорила другое - "Я - его".

@темы: Головой по клавиатуре, Обрывки-отрывочки

01:05 

Была бы большая река
А вот кому трэша и угара?
Явик - ООС, Шепард - ООС, вороний неподражаемый стиль.
В перспективе - продолжение. Может быть, длинное.

Часть 1

Часть 2.
запись создана: 26.06.2012 в 22:12

@темы: Обрывки-отрывочки, Головой по клавиатуре, Mass Effect

16:20 

Была бы большая река
- Знаете, какая ситуация Ворону дико веселит? Это когда пишешь зарисовку, никто не откомментил - ну, думаешь, зато мне нравится и ладно - а потом заглядываешь в пару цитатников - и видишь её там.

- Почему, ну, почему, меня так дико сквикает пейринг Явика с Лиарой? Это неприятно, ибо общество как-то очень даже за. Да-да, я долго буду страдать.

- Вчера тащила на седьмой этаж матрас, велосипед и кучу вещей по мелочи. Думала, умру. Или скину килограмм десять за раз.

- "Ворона, иди пиши трэшак!". Вдохновение показывает неприличный жест и говорит "А вот фак. Мы идем писать ориджинал." Ну, что за жизнь...

- Научилась жарить картошку. Довольна собой. Теперь бы ещё научиться пироги печь...

- Доктор, мне пришел от вас рисунок. Как только у меня появятся деньги я, устыдившись, пойду отправлять бабочку. Спасибо )

- Взялась лепить маску. Для души. Всё равно лето и нечего делать. Работать? Не, не слышал.

- Кажется, переходный период. Когда я уже хочу лучше, чем могу. Потому что ощущение жуткой фигни преследует меня, хотя объективно я знаю, что к худшему ничего не изменилось.

- Кажется, окончательно перешла на отрывочно-твитторовый способ описания своей жизни. Огорчиться, что ли...

@темы: Повседневное, Головой по клавиатуре

16:43 

Была бы большая река
- Джокер и Гаррус разговаривающие про Мордина. Ворона безоговорочно одобряет.

- Обозвала Шепард тупой курицей. Потом подумала и исправилась - обозвала BioWare злыми и нехорошими людьми.

- Почему, ну, почему, нельзя сказать Кайдену безоговорочное "Да!" на все его вопросы о том, пристрелила бы Шепард его или нет? Да, пристрелила бы. Просто у Вороны в очередной раз не получилось... А то даже ренегадская реплика что-то такое мямлит и мнется. Конечно...

- Внезапно узнала, что если Шепард не читает с Кольятом молитву - то выходит всё-таки молитва о Тейне, а не о ней. Так честнее? Логичнее? Не знаю.
"Где путник не знает усталости, где влюбленные никогда не расстанутся, где голодный забывает о голоде..."
"Где охотник всегда вернется домой, где все звезды путеводны..."

- И, конечно, никто ни о чем не вспомнил.
Вечная воронья боль.

@темы: Увлеченное, Головой по клавиатуре

22:43 

Была бы большая река
- Срачи из-за концовок.
Я знала, что они настанут.

- Ходили в театр. Крохотный зал, два метра до условной сцены, два актера, удерживающие всю пьесу на себе. Безумно красиво, эмоционально, чисто. Аплодировали стоя. "Загадочные вариации", кстати. Чтобы не забыть.

- Предлагают поработать сиделкой. Деньги хорошие, тараканы плохие. Стиснуть зубы и попробовать, благословите безумные боги это начинание.

- Безумно печально осознавать, что МЭ кончился. Совсем. Вообще. Ну, DLC-шечки, ну, фанфики... Но всё. Конец. Приехали. Основной состав дальше не идет.

- Лимонад. Темные улицы с редкими фонарями. Обнимать Милу, рассказывая избитое и печальное. Я уже ничего не хочу. Романтика кончилась, началась унылая проза жизни.

- Я ужасная зануда. Правда, меня во мне это подкупает.

- Кто все эти люди у меня в ПЧ?

- Хочу шапочку из фольги.

@темы: Головой по клавиатуре, Повседневное, Про нас, Снежная горечь

17:01 

Была бы большая река
...Им всегда было, о чем говорить и о чем молчать. О дреллах и ханарах, о вечном дожде Кахъе, о том, как в редкие солнечные дни с визгом высыпают на берег ребятишки, ловят солнце в бездонную черноту глаз. О музыке и о книгах, о жизни - и его, и её - о том, как безжалостно-холодно светит солнце Новерии, и как геты складывают свой разум из сотен из сотен разумов. Вместе решали загадки галактики, вместе молчали об очередном побоище, взахлеб смеялись над очередной историей Шепард, и старательно не помнили о будущем.
Это бывало легко и бывало нет, Шепард тайком переписывалась со светилами ханарской медицины и читала популярные брошюрки для больных синдромом Кепраля... А время шло.
Оно всегда идет.

Вечер Цитадели ничем не отличается от дня. Здесь нет солнца, которое могло бы зайти, и если хочешь спать - нужно затемнить окна в комнате. Постоянные суета и маета, хранители перебирают ломкими лапками, медленно шагая по коридору, и в больнице людно и почти шумно. Старушка в строгом черном платье что-то доказывает медсестре, прячущейся за стойкой регистрации, тощая почти как саларианец азари перебирает ассортимент терминала. Какой-то турианец вполголоса жалуется врачу-человеку на головную боль.
Они сидят в одном кресле, - рыжая человеческая женщина и болезненный черноглазый дрелл. В её руках - настоящая, печатная, раритетная книга. Кажется, какого-то земного автора, вьются по корешку затейливо изукрашенные узорами буквы. Женщина тихонько, чтобы не помешать другим больным, читает - голос у неё хриплый, кажется, сорванный, под глазами круги - дрелл обнимает её за талию, опирается подбородком о её плечо. Так, наверное, лучше слышно...
И волосы её пахнут порохом и пеплом. В новостях вчера весь день крутили тревожные вести об исцелении кроганов, Цитадель взбудоражена, Цитадель шепчется на сотни голосов, складывает мнение, саларианцы заявили протест, кроганские корабли скоро будут у Палавена. Сейчас всё это неважно.
Совершенно неважно.
-Тьма, пришедшая со Средиземного моря, накрыла ненавидимый прокуратором город. Исчезли висячие мосты, соединяющие храм со страшной Антониевой башней, опустилась с неба бездна и залила крылатых богов над гипподромом...
Дрелл кашляет, и женщина тут же прерывает чтение, тревожно сжимает его пальцы в своих - "Я грела бы их дыханием, если бы это хоть немного помогло" - и он справляется с кашлем быстрее обычного.
Не хочет пугать.
-Знаешь, - говорит женщина задумчиво - Я начинаю скучать по обычной ночи. Такой, которая наступает, когда заходит настоящее солнце.
-Я начинаю скучать по морю, - откликается дрелл в тон. Повисает в воздухе несказанное: "Но ты ещё увидишь ночь, а я море - уже нет".
"Я буду плакать над могилой. Не сейчас, - безмолвно же отвечает женщина и снова поднимает книгу. Голос у неё слегка подрагивает, словно где-то в нем прячутся невыплаканные слезы.
-...Пропал Ершалаим - великий город, как будто и не существовал на свете.
Все пожрала тьма.

Все пожрала тьма.

примечания

@темы: Обрывки-отрывочки, Головой по клавиатуре

13:14 

Была бы большая река
- Эта жизнь сделала из Вороны параноика. Ворона не верит, что БиоВары сделают что-то вменяемое и объясняющее концовки. Надеется, да. Бегает кругами по потолку с воем. Но не верит.
Потому что во всех интервью эти люди стояли на позиции "вы просто не поняли" и "это искусство!". А я клал, извините, на искусство в таком контексте.
Мне нужна логика. Ло-ги-ка.
Логика, которой не объяснить, почему не стрелял Тейн. Которой не объяснить, зачем умер Легион. Которой не объяснить, почему Жнецы возятся с Землей несколько месяцев и тащат к ней Цитадель, вместо того, чтобы заныкать её в жуткие гребеня.
Этого мне никто не объяснит, потому что длцшка включает концовки и базу "Цербера" и ничего больше.
Но я надеюсь, да. И жду, да. И очень-очень боюсь поверить.
Но, если что, мой полностью сложившийся хэдканон - "Первый из многих", привет тебе - спасет меня в очередной раз.

- Сдала два экзамена. Один не уча, на тройку, которую поставят четверкой.
Спасибо желавшим удачи )
"-Вот от тебя я такого не ожидала".
WTF?!
Женщина, я писала на твоих лекциях "Заводной апельсин", я переписывала стихи, я делала только то, что позволяла сделать логика, а остальное списывала. Всё логично и закономерно, о прекраснейшая из учителей, и твое удивление в свою очередь удивляет меня.

- Сходила на рынок. Вернулась без двухсот рублей, запыхавшаяся и нагруженная абсолютно бесполезными с точки зрения меня-ребенка продуктами. Зато среди них есть черешня, рахат-лукум сердца моего...

- Поняла, что очень люблю рисунки вида:


Потому что на мой вкус чувства и этакой стеснительной романтичности в них больше, чем в самой откровенной порнухе.

Не удержалась. Написала свою же заявку. В фейспалмах, да.
читать дальше

Так и живем.

@темы: Про нас, Повседневное, Някательное, Головой по клавиатуре

17:20 

Была бы большая река
...Начинаешь засыпать. Сон смежает веки, голова становится тяжелой и одновременно легкой, темнота укрывает тебя и укутывает, как в одеяло. Тебе хорошо. Сны уже готовы приветствовать тебя, обрушится теплой и ласковой волной...
А потом - ДЫДЫЦ!
Приоткрываешь один глаз. С неудовольствием моргаешь, пытаясь поймать ускользающую дрему за хвост.
И тут опять - ДЫДЫЦ! - со всей силы по потолку.
Приподнимаешься на локте, смутно надеясь, что это ненадолго, но мироздание не поддерживает тебя.
ДЫДЫЦ-ДЫДЫЦ-ДЫДЫЦ! - издевательски делает потолок на твои сонные укоризненные взгляды.
-О, неверные! - окончательно проснувшись, вопишь ты, сжимая виски в стремлении унять накатывающую головную боль, - О, порождения шайтана, о, ишаки и дети ишаков! Да не даст вам Аллах своего милосердия, да не обратит он на вас милостивого взора!
ДЫДЫЦ! - меланхолично отзывается потолок, который плевал на твои вопли с высокой колокольни. К звукам слоновьего канкана добавляется какая-то варварская музыка - какой-то попсовый клубняк.
-О Аллах, за что проклинаешь меня, - вздыхаешь ты, понимая, что сон накрылся медным тазом и, следуя завету о праведности отмщения, идешь включать тяжелый рок.

Но зато сдала первый экзамен на пять, да...

@темы: Повседневное, Головой по клавиатуре, Про нас

18:17 

Была бы большая река
...Вот тебе пять. Ты смотришь в трамвайное окно, болтая ногами и дергая за рукав маму - "Мама, смотри, красная машинка!". У тебя смешная панамка в ромашках, короткие шортики, аккуратные сандалики с цветком на ремешке. Пальцы испачканы серым песком - ты играла в песочнице и тебя до сих пор не отмыли.

Вот тебе семь. Ты охотишься на кузнечиков в траве - накрыть такого ладошкой, и ждать - застрекочет, зашевелится? Короткие волосы, остриженные неровно, солнце печет непокрытую голову. Кузнечик выскакивает из-под ладони и упрыгивает в траву. Ты поднимаешься, смотришь на небо. Близко закат, а значит, скоро мультики, и их ни в коем случае нельзя пропускать.

Тебе девять. Ты пробираешься в зарослях кустов под абрикосовым деревом, ловишь в ладони сброшенные подружкой абрикосы. Сочная желтая мякоть, все губы в сладком соке, ты собираешь их в подол, облизываешь грязные пальцы. На коленках вечные ссадины, глаз немножко косит, сандалики зашиты сапожником из лавки возле дома... Подружка сверху шипит "Бежим!", с треском рушится вниз, и вы бежите, потому что есть люди которое любое дерево почитают своим и подружке, сверху, конечно, было виднее.

Тебе десять. Ты прячешься под одеяло, боишься, как маленькая, что с мамой что-то случится. Царапины на локтях, ночная рубашка в цветных черепашках, ты отгораживаешься от тьмы и призываешь на помощь любимых героев. И вскоре караулом у твоей постели стоит ведьмак, чистит меч, склонив голову и что-то тихонько ворча. Он пахнет кровью и серебром, ты успокаиваешься, и осмеливаешься высунуть из-под одеяла нос.

Тебе двенадцать. Вы с подружкой строите замок из Лего, сажаете у ворот пушистого сердитого кота, который будет драконом. В доме тепло, залежи книг и завалы конструктора, вы играете в волшебство и придумываете ведьм. За окном вечер, падает снег, на крючке в прихожей висит твоя красная курточка, и мама звонила уже три раза, беспокоилась, когда же ты придешь.

Тебе четырнадцать, ты отступаешь в угол, прячешь глаза за книгой, а уязвимый живот за сумкой. Серые школьные коридоры давят на хребет, ты инстинктивно жмешься к окнам и то и дело поднимаешь голову, отслеживая врагов. Черная футболка с черепами и пляшущими буквами, часы на запястьи широкие, серебристые, в наушниках бьются басы и ритмы, и пока что тихо - все в столовой. Ты одна.

Тебе пятнадцать, ты тихонько выволакиваешь на крышу гитару, перебираешь пока непослушные струны. Ветер ерошит волосы, звезды застыли в небе обманным серебром, на покрытии след - днем с подружкой пили чай из термоса, пролили, глупые, не нашли чем вытереть... Ты поешь, складывая аккорды и слова, тебе сдавать ЕГЭ, и давно пора спать. Мама беспокоится, ты - нет, и скоро лето. Скоро, скоро, лето.

Тебе шестнадцать, ты никак не можешь сменить футболки на что-то другое, ешь горячий суп, который сварила мама. В комнате - компьютер и все стены в плакатах, у мамы в уголках глаз тонкие морщинки. Ты просишь добавки, кусаешь хлеб крепкими белыми зубами. За окном шелестит твой мир.

Тебе семнадцать, ты хочешь одиночества и тишины, рисуешь по стенке и тонешь в чужих придуманных мирах. Один раз влюбилась. Два раза разочаровалась. Боишься взрослеть и уходить из Интернета, обнимаешь маму всё чаще, не моешь полы.

Тебе восемнадцать, ты сама варишь себе суп, помешиваешь пельмени длинной ложкой. Тебе хочется свободы и счастья, хочется доехать и туда и туда, ты чувствуешь себя удивительно взрослой и одинокой, а на самом деле тебе всего восемнадцать лет. Самой покупать хлеб и заваривать чай, самой мыть полы и стирать вещи, приглашать друзей и ложится в любое время дня и ночи...

Но - обернись! - и тебе снова пять.
Как не взрослела никогда.

@темы: Головой по клавиатуре

20:19 

Была бы большая река
Хотите, я расскажу вам сказку, дети? Длинную-длинную и немножко страшную?
Конечно, хотите.
Люди ведь так любят, когда их капельку пугают, запутывают и морочат.
Давным-давно, пятьдесят тысяч лет назад – а может, чуть раньше, а может, чуть позже – была во вселенной главной огромная Империя Протеан. Всё в ней было – и жаркие планеты-пустыни, и ледяные каналы других планет, и синие океаны, и цветущие сады, и невиданные животные, и сотни и тысячи рас – самых разных и фантастичных, которых называли одним именем «Претеане». Четырехглазые и одноглазые, крылатые и бескрылые, прямоходящие и нет, они были разнообразны и многочисленны.
Города, тянущие к небу тонкие башни, улыбки и оскалы – это был красивый и бесконечно далекий от нас мир. И управляли им истинные протеане.
Те, что были до всех, те, что заложили основу Империи. Хитин и расплавленный янтарь глаз, клыкастые улыбки и трехпалые ладони. Мы не назвали бы их красивыми.
Но правителями они были жестокими и великими.
Как боги спускались они с небес, и предлагали свое покровительство за службу. Потеряй имя расы, стань протеанином, как бы тебя не звали раньше. А нет – сгори в огне вместе со своей планетой.
Те, кто соглашались, становился велик. Те, кто отказывался – горел.
Империя процветала, как бы деспотично не было правление…
Но однажды с небес спустились другие боги, которые выбора уже не предоставляли.
Им нельзя было подчиняться. Только гореть.
Сотню лет и двадцать три года длилась война.
Умирали солдаты, рождались дети, никогда не знавшие мира. Не стало полных семей, не стало чистого неба, и жизни без страха не стало тоже. Раньше брали винтовку в руки, чем начинали говорить. Память о прежних временах хранили только в кристаллах. Что есть сострадание? Что есть милосердие?
Лишенные связи, умирающие, близкие к безумию, они уже не знали.
Кто-то приносил в жертву детей. Кто-то поклонялся новым богам.
Сотню лет и двадцать три года длилась война, когда он только родился.
Злой прищур янтарных глаз. Широкие плечи и тонкие пальцы. Зеленая сила, срывающаяся в мир.
Вместе с другими он учился убивать раньше, чем говорить. Вместе с другими подчинялся приказам.
Он был умен. Он знал тактику и знал стратегию, он умел лишать жизни за считанные секунды.
Он рано стал капитаном боевого корабля.
Холод космоса не мог остудить горящих небес. Жуткие твари рвались калечить и рвать. Где-то ученые пытались найти спасение. Он – сражался.
Вел за собой команду.
И было много смерти и много огня, и мир захлебывался в разноцветной крови, и не было спасения нигде. И не было нигде милосердия.
Свой самый страшный урок он выучил, собственными руками убив всех своих солдат. Нож резал легко, замах был плавным и точным. Тогда он узнал, и накрепко затвердил – любая привязанность – есть слабость, отвлекающая от пути к победе.
И была боль, и был крик, и были смерти. И больше ничего не было.
Даже свои звали его безжалостным. Даже свои его, обожженного, почитали жестоким. Он же уже не хотел даже жить в возрожденной Империи. Только победить и сдохнуть у трупа последнего врага.
Протеане всегда выполняют свой долг. Он держался до последнего, удерживая рубежи, но война была безнадежна и проигрыш был неизбежен.
Когда не можешь победить – затаись. Он затаился.
Спрятался в анабиозной камере, надеясь вскоре проснуться.
Его «вскоре» растянулось на пятьдесят тысяч лет.

Его встретило чистое небо и лица примитивных рас. Азари. Человек. Турианец. Те, что ещё и письменности не знали, когда он засыпал. От удара они разлетелись, как сотни раз до того в бою разлетались враги. А небо было синим. И зелень долины больно била по привыкшим к огню янтарным глазам…
От прикосновения человека продрало болью. Время разматывалось перед глазами пестрой лентой.
Пятьдесят тысяч лет. Не осталось никого и ничего. Империя пала и уже не могла подняться.
За минуту из возрождения долг стал местью.
Протеане всегда отдают свои долги.

А дальше был "Этот мир не ждет гостей", да. =_=

@темы: Обрывки-отрывочки, Головой по клавиатуре, Mass Effect

17:40 

Была бы большая река
Минутное:
"Если бы хотел попробовать с человеком - попробовал бы с вами."
Ворона свалилась с разрывом сердца.

@темы: Головой по клавиатуре, Някательное

14:48 

Была бы большая река
Минутное:
Отправила на фри-фест пять заявок.
Ни одну не примут.
Обидно. Придется писать самой...
UPD: Нет, одну таки приняли. Но именно ту, которую мне уже собрался написать доктор.
Ну что за жизнь )

@темы: Головой по клавиатуре

01:04 

Была бы большая река
Ворона снова принимает заявки.
Если вдруг.
Не пишу слэш, не пишу про Лиару, Джокера и Вегу скорее всего не смогу выписать не-мимолетом, ДА, Ведьмака и иже с ними не пишу, ибо отпустило.
Про единственную не выполненную заявку прекрасно помню.

@темы: Головой по клавиатуре

18:39 

Была бы большая река
- Мама укатила на моря. В первый раз в жизни. Звонит, восхищенным голосом говорит, что море синее-синее. Ворона радуется за неё и одновременно жутко ей завидует.
У меня тут никого из приморских городков нет?

- Сорок градусов плохо сочетаются с учебой. Мозги совершенно не работают. Хочется лежать на диване и потягивать ледяную воду.

- Ненавижу своих соседей сверху-слева. То есть, я точно не знаю, откуда, но предполагаю. От них часто слышен мат-перемат и детский плач. У Вороны на такое сочетание звуков реакция всегда однозначно негативная. Особенно веселые ощущения получаются, когда просыпаешься в десять часов, потому что ребенок заходится в рыданиях, а мамаша что-то орет про дебилов и уродов.
Жаль, у Вороны слишком слабые колонки. Она не может включить латинские хоралы так, чтобы начали трястись стены.

- Потратила четыреста рублей на книгу, и сто пятьдесят - на распечатки и воду. Осталась на неделю с четырехстами и ещё пятьюдесятью рублями в кармане. Хотя, если что, я могу на анакоме до конца июня дотянуть.

- "Буря столетия" никак не выветривается из головы. На радостях посетила мысль - составлять список прочитанных книг и к каждой писать маленький драббл.

- Повадилась печь драники, ибо другие блюда из картошки меня пока почему-то не привлекают.

- Тень с жутким - немецким, кажется - акцентом и бородой Ворону несколько напрягла. Даже фрик из "Андерсон. Жизнь без любви" был душевнее и приятнее. Зато Принцесса - хотя в этой экранизации она скорее Княжна - чисто эстетически прекрасна. Строгое, точеное лицо со скорбными глазами святой... Дезмонд хватается за воронье сердце и говорит, что влюбился.

- Люблю летние рассветы. Когда из нежно-розовой дымки выглядывает рубиного-алый краешек солнца - это прекрасно.
У меня окна теперь на восток.

- Не терплю свои отражения. Большие зеркальные двери шкафа всегда двигаю так, чтобы не видеть своего лица.

- Собираю меткие ярлыки.
"Девушка с лицом аквариумной рыбки". "Женщина с лицом стареющей актрисы". "Парень с лицом испанского идальго". "Мужчина с лицом маньяка из третьесортного кино".

Так и живем.

@темы: Головой по клавиатуре, Ни о чем, Повседневное, Про нас, Снежная горечь, Тепло в груди

19:59 

Для MOYRA_Athropos. Очередное специфичное.

Была бы большая река
У маленьких протеан - истинных протеан, конечно - глаза занимают поллица - огромные, золотые, со сдвоенным зрачком. Почти нет подбородка, и лица их напоминают лица земных богомолов - тварей, которых один писатель всегда называл вдохновенными безумцами, вечно творящими лицемерную фальшивую молитву.
У маленьких протеан ещё нет крыльев, и пальцы такие тонкие, что, кажется, можно переломить их взяв слишком крепко. У них застенчивые улыбки, и раз в декаду линька.
У маленьких протеан одна мать на всех - Великая Протеанская Империя, умирающая в огне.
А отца у них нет.
Идет война, мужчины бьются, стараясь отстоять свое небо, и каждый новорожденный - будущий солдат. Принимая малышей из кокона, встречающий нашептывает ритмичные слова воинских маршей - прокаленные в огне, пронесенные стягом через сотни сражений. Каждый узнает свое будущее впервые вдохнув воздух своего мира, каждый первым словом пробует на язык священное "Империя", каждый становится частью единого целого.
О родителе маленькие протеане не узнают ничего, их воспитывают коммунами по сотне особей, и главные умения, которые Империя дает своим детям - говорить и убивать.
Больше им ничего не нужно.
Утром - завтрак и физические упражнения, потом стрельба, потом - память...
В глазах воспитателей иногда вспыхивает страх - сможет ли Империя подняться, если дети её умеют только воевать? - но быстро угасает.
Империя не встанет и так.

У Явика - третий снизу гамак по правой стене и глаза чистейшего янтарного оттенка. На пальцах у него рождается порой зеленое свечение, в документах особенная пометка - "Предположительно: в руководящий состав", и пережил он всего три линьки, но уже очень хорошо говорит и для ребенка хорошо стреляет.
Маленькие протеане быстро перестают спрашивать, влившись в рутину солдатской - уже сейчас солдатской - жизни.
Маленькие протеане берут в руки излучатель раньше, чем начинают говорить.
Маленькие протеане ждут выхода на фронт.
Явик тоже - ждет.
Вместе с остальными играет в развивающие командные игры.

Светятся под потолком лампы, паутина гамаков оплетает стены, двадцать пять мальчишек сидят в кругу, сцепив ладони, и играют в испорченный передатчик.
От первого - к последнему передают кусочек памяти, научаясь, как взрослые, ловить и разбирать налету. Воспитатель наблюдает за тем, как идет по кругу волна, сжимает в пальцах плечи одного из пацанов. Вот начал первый - отправил фантазию - победу над Жнецами. Вот подхватил второй, добавив каплю красок от себя, вот третий поменял излучатель в руках солдата на импульсную пушку, вот четвертый вставил растерзанную тушу Жнеца...
Мальчишки всегда так - первый отправляет неумелый набросок, к последнему приходит целая картина - и иногда воспитатель начинает сам, специально предупредив, чтобы передавали максимально точно.
Впрочем, всё равно ледяные каналы далекой планеты оборачиваются под конец лавой, а висячие сады расцвечиваются небывалыми птицами...
Ничьи дети, ещё умеющие мечтать, воспитывают которых старики, бесполезные на фронте.

Явик в ряду предпоследний. Ловит образ, и воспитатель оборачивает к нему встревоженное лицо, потому что образ плавится, комкается, и вдруг расходится, как круги по воде, сильным импульсом отправленный в обе стороны.
Долетает - растерзанные трупы, алые огни Жнецов, горящие города и запустение. Первый из малышей, пославший по кругу победу, кривиться в ужасе, расходится по рукам - недоумение, ярость, страх, а Явик посылает дальше уже слова, нарочито бесстрастный - но видно, что он волнуется.
"Так будет, если мы не победим. Хотите?"
Потрясет сознание яростное, общее, оскорбленное "Нет!!", ударяет почти до боли со всей силой детского неверия и резонанса, и тут же возникает второй образ - победы. Солдат, топчущий Жнеца, синее небо...
Мальчишки подхватывают, обескураженные выходкой товарища, но быстро откликнувшиеся на призыв, и образ быстро обрастает подробностями, окрашивается во все цвета радуги, наполняется ликованием и облегчением - в нем есть все, что было в предыдущем, но лучше, ярче, чище...
Пацаны смеются, затеяв кучу-малу, меняясь выросшей из ниоткуда уверенностью в победе, и воспитатель не прерывает их.
Ничьи дети, умеющие резвиться и радоваться...
Образ сияет и переливается в сознании, ничуть не тускнея.

@темы: Головой по клавиатуре, Mass Effect, Обрывки-отрывочки

18:07 

Была бы большая река
Минутное:
Иногда в Вороне просыпается злобный критик. И в последнее время она его уже даже не сдерживает.
Тейну и так досталось в жизни, ну, правда...
И потом, я искренне убеждена, что если бы меня за мои первые фанфики не гонял суровый модератор с воплями "Тут ошибка, тут ошибка, а тут ООС!" - ни выросла бы я ни во что хоть немного приличное. Так и творила бы на среднем уровне фикбука...

UPD: Читал первые фики. Свои. Покрылся фейспалмами.

UPD 2: Ставлю третий и второй МЭ. Планирую уложиться в двое суток. Ждите волну фиков, чо )

UPD 3: Хрен мне, а не третий МЭ. Поставился, но Ориджин лезет его курировать, и ДЛС не признает. Соответственно, я без Явика, а без Явика смысла играть фактически нет.
запись создана: 11.06.2012 в 13:10

@темы: Про нас, Головой по клавиатуре

Тени Теней

главная